Ивлим.Ру - информация и развлечения
IgroZone.com Ros-Новости Е-коммерция FoxЖурнал BestКаталог Веб-студия
  FOXЖУРНАЛ
Свежий журнал
Форум журнала
Все рубрики:
Антонова Наталия
Редактор сообщает
Архив анонсов
История очевидцев
Ищешь фильм?
Леонид Багмут: история и литература
Русский вклад
Мы и наши сказки
Леонид Багмут: этика Старого Времени
Виктор Сорокин
Знания массового поражения
Балтин Александр
ТюнингКлуб
Жизнь и её сохранение
Леонид Татарин
Юрий Тубольцев
Домашний очаг
Наука и Техника
Леонид Багмут: стихотворения
Библиотека
Новости
Инфразвук и излучения
Ландшафтный дизайн
Линки
Интернет
Костадинова Елена
Лазарев Никита
Славянский ведизм
Факты
Россия без наркотиков
Музыкальные хроники
ПростоБуряк
Анатолий Максимов
Вера
ПРАВовой ликбез
Архив
О журнале


  ВЕБ-СТУДИЯ
Разработка сайтов
Продвижение сайтов
Интернет-консалтинг

  IVLIM.RU
О проекте
Наши опросы
Обратная связь
Полезные ссылки
Сделать стартовой
В избранное!

  РЕКОМЕНДУЕМ
Doronchenko.Ru
Bugz Team


РАССЫЛКА АНОНСОВ ЖУРНАЛА ХИТРОГО ЛИСА













FoxЖурнал: Леонид Багмут: история и литература:

ИСТОРИЯ КАК ОРФОГРАФИЧЕСКАЯ ОШИБКА

Автор: Леонид Багмут

Старые люди говорят – а им можно верить – что при халифе Сталине Бен Виссарионе а России пышным цветом расцвела культура. Не было числа поэтам и писателям, учёным и художникам – равно как великое множество правоверных обратилось к ним со всем своим вниманием. Поэтому фимиама было достаточно на всех: никто никому не завидовал.


Жил тогда же учёный ходжа, знаток многих наук и хозяин большого издательства по имени Учпедгиз. Его стезя не была усеяна розами: в юности он как простой нукер из бедной семьи участвовал в великом походе Ленина на аль-Москву и отличился боях с неверными. За что был пожалован должностью подъячего в приказе визиря среднего и высшего образования. Обладая от Аллаха некоторыми способностями и опираясь на старых приятелей, он быстро поднялся до поста заведующего отделом – где и создал, обладая сметливостью, небольшое состояние из искренних подношений подчинённых. Тогда Учпедгиз – ходжа вышел в отставку и начал издательский бизнес – благо что в министерстве сидели одни доброжелатели, а визирь не потерял к нему благосклонности.


Но тут его бес попутал: когда великий визирь Троцкий устроил свой заговор, он вместо того, чтобы немедля донести на злодея, вступил в него. Позже, будучи поднят на дыбу и подвергаясь испытанию калёнными щипцами, он уверял следователей прокуратуры, что вступил в заговор только для того, чтобы всё разузнать как следует и рассказать компетентным органам. И вина его только одна: заговор раскрыли раньше, чем он успел это сделать. Худо бы ему пришлось, если бы не заступничество одной из любимых наложниц самого Сталина – с которой он одно время вместе ходил в школу и бесплатно давал списывать домашние задания по математике – девочка в цифрах была не сильна, а Учпедгиз складывать, делить и умножать был большой мастак.


Халиф русский проявил милосердие к падшему и оказалось, что именно в милосердии заключена величайшая мудрость: Учпедгиз внёс огромный вклад в культуру. Именно его трудами правоверные получили драгоценные свитки с касыдами, газелями и учёными трудами знающих людей. Вся Российская академия наук, где издревле гнездились титаны духа и вообще корифеи, воздавала хвалу его заслугам. Но как из сотни слов бывает одно плохое, так и Учпедгиз, посетив подвалы Берии и лично сведя короткое знакомство с выдающимися мастерами заплечных дел, пристрастился к водке. А водка – это напиток неверных, что отнимает разум и открывает душу Иблису-проклятому – да не будет над ним милости Аллаха!


Из-за этого маленького недостатка он нередко путал имена, фамилии и отчества писателей, а уж о знаках препинания и говорить нечего. Орфография в издательства хромала на обе ноги и печатники стали притчей во языцех. Из-за водки, что лилась рекой прямо в рабочее время, выпускались с ошибками даже указы халифа всея Руси: а это уже политическая недоработка, чреватая усекновением головы на корню. Однако Меч Справедливости каждый раз рубил воздух – Учпедгиз наверху имел хорошую руку. И говорят, что не одну. Однако люди, не знавшие близко вопроса, отдавали дань несокрушимому милосердию Сталина.


Орфографические ошибки сначала превращаются в анекдоты – ибо современники знают истинное положение вещей. Так, когда на титульном листе «Слова о полку Игоря - бея» вместо имени автора – А.С. Пушкин напечатали ас Пушкин – то Гоголь – тогда ещё совсем юный, но подающий большие надежды акын, всё спрашивал Александра Сергеевича после утреннего намаза: на каких это самолётах он летает. Все весело смеялись шутке, как и принято в кругу воспитанных людей. Однако их далёкие и бесталанные потомки на ошибках не столько учатся, сколько строят научные концепции.


Так, в недавнее время получила хождение «теория», согласно которой Пушкин действительно был пилотом – а литературой занимался только в перерывах между полётами – когда погода была нелётной. У лётчиков старого времени был даже специальный термин – Болдинская осень – т.е. время, когда хозяин собаку из дома не выгонит – не то что вылететь на перехват какого-то там миража. В это самое время Пушкин и создавал свои бессмертные произведения – пока менее зрелые молодые люди играли в карты ночи напролёт – если не ходили по чужим гаремам с намерениями определённого свойства.


Иные говорят, что ас Пушкин действительно служил в авиации, но не при халифе Сталине Великом – а намного раньше, в домусульманскую эпоху, когда русский народ погряз в христианской ереси и ходил во тьме язычества. Был он командиром звена истребителей в полку Багратиона – и особо отличился в защите Москвы от воздушной армады герцога Альбы. Он лично и в паре сбил более пятидесяти немецко-фашистских самолётов, но никаких наград не удостоился, и вот почему: его стихи и поэмы имели остросоциальную направленность. Не думая о последствиях, в перерывах между жаркими боями, Пушкин сочинил касыду «Как закалялась сталь» - где нелицеприятно разоблачил вопиющие недостатки и упущения в работе министерства металлургической промышленности. Историки приписывают ему авторство поэмы «Лука Мудищев» - повести о тяжкой доле талантливой молодёжи, которых свинцовая русская действительность душит тысячами. «Ежечасно, ежеминутно и в массовом масштабе» - как заметил на полях этого гениального произведения Ленин – первый халиф земли русской. Наконец, его фундаментальная «История города Глупова от Ромула до наших дней» не добавила ему доброжелателей и в академической среде. Потому все награды обходили героя стороной, прилипая к груди людей недостойных. Впрочем, как пишут очевидцы, Пушкин был настоящим философом и другого от этой жизни не ждал, воспринимая каверзы фортуны с чувством юмора: «Как бы ни тужились враги, а ко мне в любом случае не зарастёт народная тропа!» Он был уверен в посмертной славе – и не ошибся: тропа к нему не зарастает уже тысячу лет, а досужие выдумки о нём канули в Лету – вместе с мелочными интересами той эпохи. Погиб поэт не от пули врага, а от руки злобных завистников – там приключилась история по мотивам оперы «Моцарт и Сальери». В полку, где доблесно служил Пушкин, был совершенно бесталанный, но очень претенциозный писка и рифмоплёт - некто Дантесов. Был он техником по обслуживанию двигателей и в свободное от работы время складывал себе убогие вирши – да ещё заставлял товарищей их слушать. Долго копил он мелочную обиду на великого поэта и гражданина – и в одну чёрную ночь не выдержал: подпилил цапфу передней стойки шасси. При посадке самолёта подпиленная цапфа сломалась, поэт разбился и злодею стало заметно легче на душе. Однако он не долго радовался: недавно прибывший в полк Лермонтов откликнулся на трагедию стихами «На смерть поэта», которые сразу же поставили его в ряды классиков русской литературы.


Немало серьёзных, вдумчивых и пытливых исследователей с фактами отстаивают иную версию: ас Пушкин жил ещё во времена султана всея Руси Александра 1-го, которого народ прозвал Благословенным за необычное благочестие. Служил поэт сначала не в истребительной авиации, а в бомбардировочной, проходя первый, как принято «ледовый» год службы в районах Крайнего Севера. Летал он на стареньком Ту-95М, возил атомные бомбы по периметру границ с Америкой, которую совсем недавно открыл Колумб. Вторым пилотом у него был поручик Ржевский – известный забавник и любитель погулять. От скуки – а полёты были многочасовые – два товарища начали пугать до смерти американцев, залетая за самый Северный Полюс. Держа курс прямо на столицу могикан, Пушкин, как давеча князь Святослав, радировал вероятному противнику: «Иду на вы!». Могикане терпели его шутки, но потом взяли, да и пожаловались на невинные развлечения в Политуправление Северного Флота, которое тогда возглавлял известный мракобес и гонитель всего живого и смелого архимандрит Фотий. Говорили, что он был очень честолюбив и надеясь стать главным муллой Москвы, просто рвал подковы на лету, выслуживаясь перед начальством.


Так вот, этот мракобес, получив американский донос, немедля дал ему ход и посадил двух героев на гауптическую вахту. Там от нечего делать Пушкин сочинил шуточную поэму «О попе и работнике его Балде», где высмеял порядки в Политуправлении и лично Фотия. А тот, не долго думая, накатал донос на него секретарю ЦК по идеологии графу Аракчееву – своему односельчанину, который и двигал его вверх по иерархической лестнице. Так и получилось, что север Пушкину оказался вреден.


По мнению выдающегося пушкиниста, великий поэт сидел у синего моря и ждал лётной погоды не случайно: его вместе поручиком Ржевским бросили на укрепление палубной авиации Черноморского дважды краснознамённого ордена Ленина и прочая флота. Реакционеры, засевшие в Смольном институте благородных девиц тайно надеялись, что смелый поэт как-то сядет мимо палубы. Но Пушкин был асом не даром: его стальной пегас слушался поводьев и всегда садился на все четыре ноги.


Катастрофа произошла позже, когда царское правительство, возмущённое и обиженное строительством нефтепровода Баку – Джейхан американцами, начало справедливую войну на Кавказе. В освободительном походе русской армии на грузинский нефтепровод участвовал и авианесущий крейсер, где служили два товарища. Кстати, их великая дружба привлекла внимание иных деятелей культуры: известный советский кинорежиссёр Лени Рифенштааль в творческой командировке познакомилась Ржевским и Пушкиным, осталась от них без ума и сняла свой первый бестселлер: «Служили два товарища», за каковой была удостоина государственной премии. А талантливый писатель Жюльвернов пребывая в творческой командировке на крейсере, написал про них большой роман «Два капитана». Надо сказать, что к тому времени хлопотами Арины Родионовны поручика Ржевского произвели в капитаны – что и не удивительно, ибо давно было пора это сделать.


Русские чудо-богатыри, вступив в пределы угнетаемой американцами Грузии, везде встречались цветами и слезами народной радости. Известный композитор Чаурели немедленно написал оперу «Великая дружба» - за которую получил шубу с царского плеча и орден дружбы народов. Пока снимался фильм да писалась опера, советские войска прошли весь Кавказ и остановились у города Эрзурум, которому тайно помогала гора Арарат. Собственно, помогал Большой Арарат, Маленький Арарат в глубине души был настроен антиамерикански. Чтобы помочь пехоте взять оплот имперлизма янки, царизм бросил к берегам Колхиды авианесущий крейсер Варяг. Но руководство североатлантического альянса дало на лапу мокрому циклону из Атлантики – и Пушкин не столько бомбил Эрзурум, сколько писал стихи – о прекрасных глазах турчанок, которые ему удалось рассмотреть через дырку в радаре. А ещё он со всей командой рыбачил с палубы – пока циклон отрабатывал взятку. Ждал у моря погоды…


А погиб Пушкин совсем не так, как писали известные юмористы Писарев и Добролюбов, которым пришло в голову, будто бы команда крейсера сошла в Колхиде на берег и угнала на борт стадо тучных меднорогих баранов – собственность местной царицы Медеи. Которая подняла всю округу отбивать у русских моряков законную добычу. В жаркой схватке погибли многие – в том числе поручик Ржевский и Пушкин. Правда, другие летописцы утверждают, что Пушкин и его друг женились на Медее и правили Колхидой втроём, душа в душу. Кстати, так возник древнегреческий миф об аргонавтах и Золотом руне. Но это скорее всего домыслы, недостаточно аргументированные фактами.


На самом деле всё было не так: главный снабженец авианесущего крейсера – помпотех Дантесов \по другим источникам – Дантес Ибрагим Оглы\ – как-то достал на Батумском заводе партию авиакеросина, разбавленного ослиной мочёй – но по очень недорогой цене. И вот в недобрый час эскадрилья Пушкина вылетела на врага. Ослиная моча на большой высоте предательски замёрзла. Товарищи Пушкина не долго думая, попрыгали с парашютами на головы агрессорам и те разбежались от страха куда глаза глядят. Пушкин же направил свой бывалый Су-25Т прямо на гору Арарат. Там в это время был самый снегопад с ветром: совсем не петербуржские гостиные. Но поэт не потерял присутствия духа и сложил такую касыду: «Буря мглою землю кроет, вихри снежные крутя. То как зверь она завоет, то заплачет, как дитя…» Далее в поэме говорится, что была такая пурга, что самолёт с трудом сел на Арарат. Спасаясь от непогоды, Пушкин пошёл вниз – к людям. Самолёт свой любимый он оставил на вершине горы – его согласился посторожить некто Ной – он держал там небольшую ферму, где у каждой твари было по паре. Патриарх пожаловался Пушкину на то, что вот он уже какую эру ждёт всемирного потопа совсем готовый для спасения человечества. А Пушкин ознакомил отставшего от жизни товарища с геополитической обстановкой и помог убрать навоз из конюшен очень оригинальным способом. Позже кто-то приписал это открытие некому Гераклу, который просто повторил подвиг Пушкина на материале животноводческого колхоза царя Авгия. Пушкин долго шёл вниз и много приключений было у него по дороге. Для любознательных отмечу, что все они описаны в его автобиографической повести «Повесть о настоящем человеке».


И ещё немного о настоящих людях: есть мнение, что ас Пушкин спускался с самой вершины Арарата очень долго – не менее 10 лет, а то все двадцать. Более того: шёл он по тернистой дорожке не один, а с верными боевыми товарищами. И в память об этом анабазисе он же напасал поэму о тридцати или более витязях прекрасных, которые чредой из гор выходят ясных – но не одни : с ними дядька Черномор. Почему великий поэт ассоциировал себя с «дядькой» - непонятно. А что Черномор – это в память о том самом море, около которого он столько лет сидя ждал лётной погоды.


Если уж говорить по существу и объективно, то следует немного сказать и о совсем апокрифической, невероятной истории: пытливые учёные нашли указания на то, что Пушкин, спускаясь с Арарата с верными нукерами, прошёл огонь, воду и медные трубы. По пути домой его соблазняли пленительные красавицы неземной красоты, вредили злые колдуньи, один раз, чтобы разведать дорогу домой, Пушкин спускался в мрачное царство Аида, по дороге его друзья разгневали богов – и он пришёл к подножию Арарата совсем один. Сопоставляя все эти достоверные факты, специалисты – пушкинисты справедливо утверждают, что и «Одиссею» написал великий русский поэт, внеся таким образом огромный вклад в сокровищницу мировой культуры.


Вышел из араратского плена Пушкин не к лучшим людям и не в самый приятный момент: мимо как раз проходила ватага горных джигитов, абреков и хиджабов, явно ища повод всем показать свою удаль молодецкую. Однако Пушкин так очаровал полевого командира своими манерами, что тот принял его как брата в своём ауле. Пушкин позже описал это дитя гор в повести «Хаджи – Мухтар» или что-то в этом роде. Сидя в сакле с видом на Казбек, поэт познакомился с Львом Николаевичем, который в это же время собирал этнографический материал для капитальной повести «Витязь в тигровой шкуре». Они потолковали о судьбах русской литературы, посетовали на засилье казёнщины и пошлости, списавшись с Некрасовым договорились насчёт того, кому на Руси жить хорошо – да и пошли себе солнцем палимые, каждый в свою сторону. Лев Николаевич подался в Крым – защищать Севастополь \город русской славы\, который осадили войска Североатлантического альянса. А Пушкин сел на белый пароход и удалился на реку Урал, где его уже ждала некая Капитанская дочка, которая вместе с Арапом Петра Великого спасалась от вора Емельки Пугачёва. А может – и не вора вовсе, а просто национального героя, которого современники по недоразумению не признали. И может зря капитанская дочка от него спасалась: ведь стерпится – слюбится и дети у них были здоровые и перспективные: с таким папой не пропадёшь!


Вот так бывает: орфографическая ошибка не может сломать уже существующую версию исторической правды: калибр у неё не тот. Но она может построить собственную историю рядом. И может быть благодарные потомки, увидевши две истории рядом, призадумаются по случаю: а как оно там было на самом деле? Или, повернувшись к столь противоречивому прошлому спиной, начнут делать свою собственную историю. Чтож – путь добрый.




Леонид Багмут

Иллюстрация с сайта http://design.day.ru


В журнале Леонид Багмут уже опубликовал:


  1. История как миф и сказка
  2. Девичья память - лицо истории
  3. Будни истории и сказочный праздник
  4. Должность: внештатный пророк в своём Отечестве
  5. Магия нашего прошлого
  6. Диалектика Я и Мы в истории народа
  7. Быдлократия как общественный институт
  8. Сказка о грибнике и грибах
  9. Мифология романтизма как основа современного мировосприятия
  10. Геном русской сказки
  11. Новая легенда об Аскольде и Дире да племяннике их Рюрике
  12. В поисках утраченных корней
  13. Русь - начало всех начал
  14. Кого обидели варяги
  15. Личное дело легендарного человека
  16. Три смерти князя Игоря
  17. Обвинение и оправдание Святослава Игоревича
  18. Последний гордый варяг
  19. Яга на марше
  20. Конец света - не за горами
  21. Трудно только первые сто лет
  22. Власть женского рода
  23. Лукавые мудрствования
  24. Выбор невесты
  25. Поминая старые обиды
  26. Время Ярослава Мудрого
  27. Золотая осень древнего Киева
  28. Возвращение средних веков
  29. Второстепенные герои древнерусского мифа
  30. Мифология справедливости
  31. Вечная юность народа
  32. Конец истории
  33. Летние сны
  34. Молодой народ подобен степному пожару
  35. Личность Змея Горыныча
  36. Городское одиночество
  37. Время и люди Чингизхана
  38. Бросок степной гадюки
  39. Разорванность человеческого существования
  40. Киевская Русь: подводя последние итоги
  41. Историческая миссия Змея Горыныча
  42. Последний Рюрикович
  43. Власть идеи
  44. Я прошу у судьбы немного
  45. Иллюзия самодостаточности
  46. Избирательность исторической памяти
  47. Сказка о времени
  48. Прелести кирпичной кладки
  49. Этика далёких потомков
  50. Посмертная маска нашей истории
  51. Сказка о власти: пасторальный мотив
  52. Какое наше время
  53. Сказка о Московском халифате
  54. Сказание о халифе Сталине Великом



Отец Илларион

  1. Первый писатель и первое Слово
  2. Вторая судьба первого писателя
  3. Третья жизнь первого писателя





Обсудить на форуме >>
Оставить отзыв (Комментариев: 0)
Дата публикации: 10.10.2006 19:49:28


[Другие статьи раздела "Леонид Багмут: история и литература"]    [Свежий номер]    [Архив]    [Форум]

  ПОИСК В ЖУРНАЛЕ



  ХИТРЫЙ ЛИС
Ведущий проекта - Хитрый Лис
Пожалуйста, пишите по всем вопросам редактору журнала fox@ivlim.ru

  НАША РАССЫЛКА

Анонсы FoxЖурнала



  НАШ ОПРОС
Кто из авторов FOX-журнала Вам больше нравятся? (20.11.2004)














































































































Голосов: 4550
Архив вопросов

IgroZone.com Ros-Новости Е-коммерция FoxЖурнал BestКаталог Веб-студия
РЕКЛАМА


 
Рейтинг@Mail.ruliveinternet.ru
Rambler's Top100 bigmir)net TOP 100
© 2003-2004 FoxЖурнал: Глянцевый журнал Хитрого Лиса на IvLIM.Ru.
Перепечатка материалов разрешена только с непосредственной ссылкой на FoxЖурнал
Присылайте Ваши материалы главному редактору - fox@ivlim.ru
По общим и административным вопросам обращайтесь ivlim@ivlim.ru
Вопросы создания и продвижения сайтов - design@ivlim.ru
Реклама на сайте - advert@ivlim.ru
: